![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Я, кажется, уже упоминал, что с детства мы с батюшкой издаём семейный журнал гордым тиражом в один экземпляр. Первый номер, между прочим, вышел в 1984 году!
Когда я уехал из России, массивные журнальные архивы остались там, и я про них и думать забыл. Издание журнала продолжалось и в Америке, хотя уже и без былого огонька.
А тут я пришёл к выводу, что архивы (17 номеров) пора эвакуировать. Старых журналов оказалось так много, что они не только полностью заняли большую сумку, которую я брал в ручную кладь (чтобы бесценные архивы уж точно не потерялись), но и при регистрации на рейс девушка взвесила мою сумку и сказала, что у меня перевес ручной клади, и взять её на борт я не могу. А сдать в багаж почему-то тоже не могу (тут объяснения девушки стали уж совсем невнятны).
Но так или иначе журналы до дома я довёз, стал читать и понял, какое сокровище мы с батюшкой сотворили.
С одной стороны, каждый номер — застывшее в янтаре мгновение из той, несуществующей жизни в несуществующей стране. Наши с братом школьные оценки с нашими же комментариями. Какие-то политические баталии времён перестройки с вырезками из газет. Семейные торжества, дни рождения, шуточки-прибауточки.
С другой стороны, очень важные воспоминания моих бабушек, которые никогда бы не были написаны, если бы мы не приставали к ним с просьбами написать в журнал. Циклы воспоминаний родственников и друзей на разные темы: «Как меня принимали в пионеры» (там есть и мои вспоминания), «Смерть Сталина» (там моих уже нет). Стихи, проза, фотографии, школьные сочинения.
А ведь я почти всё забыл. И по существу забыл, и как оно было сделано в журнале. Не перечитал бы, и не вспомнил бы.
Технически мы делали их так: брали стандартный советский альбом для рисования. Если не ошибаюсь, там было 48 страниц. Или больше? Так или иначе, для многих номеров одного альбома не хватало, мы соединяли два. Страниц в типичном номере было 50–100, иногда больше. Статьи или печатались мною на пишущей машинке (одним пальцем, это было очень небыстро), либо писались от руки терпеливыми авторами на одной стороне листа. Потом мы их наклеивали на страницы альбома. Заголовки, колонтитулы и номера страниц писали от руки. Под конец «российского периода» статьи начинают всё больше и больше печататься на матричном принтере. Наверное, у родителей он уже появился на работе.
Теперь я сижу их сканирую (и ещё долго буду). Планирую переиздать. А оригиналы хоть сдавай в музей или в Национальный архив — всё-таки поразительный документ эпохи получился.
Должен сказать, что и более современные, американские номера (которые я сначала верстал в Ворде и OpenOffice, а потом в ТеХе) тоже представляются мне очень ценными. Хотя информации и фотографий сейчас очень много, а не очень мало, как раньше, если их правильно не подобрать и не зафиксировать, они тоже с большой вероятностью сгинут в информационной пучине. А так были напечатаны в журнале — значит, останутся в веках.
Очень и вам советую издавать семейный журнал. Лучше было бы, конечно, начинать в 1984 году, но и сейчас не поздно.
Когда я уехал из России, массивные журнальные архивы остались там, и я про них и думать забыл. Издание журнала продолжалось и в Америке, хотя уже и без былого огонька.
А тут я пришёл к выводу, что архивы (17 номеров) пора эвакуировать. Старых журналов оказалось так много, что они не только полностью заняли большую сумку, которую я брал в ручную кладь (чтобы бесценные архивы уж точно не потерялись), но и при регистрации на рейс девушка взвесила мою сумку и сказала, что у меня перевес ручной клади, и взять её на борт я не могу. А сдать в багаж почему-то тоже не могу (тут объяснения девушки стали уж совсем невнятны).
Но так или иначе журналы до дома я довёз, стал читать и понял, какое сокровище мы с батюшкой сотворили.
С одной стороны, каждый номер — застывшее в янтаре мгновение из той, несуществующей жизни в несуществующей стране. Наши с братом школьные оценки с нашими же комментариями. Какие-то политические баталии времён перестройки с вырезками из газет. Семейные торжества, дни рождения, шуточки-прибауточки.
С другой стороны, очень важные воспоминания моих бабушек, которые никогда бы не были написаны, если бы мы не приставали к ним с просьбами написать в журнал. Циклы воспоминаний родственников и друзей на разные темы: «Как меня принимали в пионеры» (там есть и мои вспоминания), «Смерть Сталина» (там моих уже нет). Стихи, проза, фотографии, школьные сочинения.
А ведь я почти всё забыл. И по существу забыл, и как оно было сделано в журнале. Не перечитал бы, и не вспомнил бы.
Технически мы делали их так: брали стандартный советский альбом для рисования. Если не ошибаюсь, там было 48 страниц. Или больше? Так или иначе, для многих номеров одного альбома не хватало, мы соединяли два. Страниц в типичном номере было 50–100, иногда больше. Статьи или печатались мною на пишущей машинке (одним пальцем, это было очень небыстро), либо писались от руки терпеливыми авторами на одной стороне листа. Потом мы их наклеивали на страницы альбома. Заголовки, колонтитулы и номера страниц писали от руки. Под конец «российского периода» статьи начинают всё больше и больше печататься на матричном принтере. Наверное, у родителей он уже появился на работе.
Теперь я сижу их сканирую (и ещё долго буду). Планирую переиздать. А оригиналы хоть сдавай в музей или в Национальный архив — всё-таки поразительный документ эпохи получился.
Должен сказать, что и более современные, американские номера (которые я сначала верстал в Ворде и OpenOffice, а потом в ТеХе) тоже представляются мне очень ценными. Хотя информации и фотографий сейчас очень много, а не очень мало, как раньше, если их правильно не подобрать и не зафиксировать, они тоже с большой вероятностью сгинут в информационной пучине. А так были напечатаны в журнале — значит, останутся в веках.
Очень и вам советую издавать семейный журнал. Лучше было бы, конечно, начинать в 1984 году, но и сейчас не поздно.
Tags:
