![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Я считаю, что жителям Бостона очень повезло с Бостонской бухтой. И под парусом здесь ходить прикольно, и полно всяких островов разной степени заброшенности, которые тоже прикольно изучать.
Но вот как-то так получается, что даже и до островов-то не всегда руки не доходят — часто хочется просто походить под парусом, а если ветер хороший, то и рвануть куда-нибудь из бухты. А поскольку островов много, то на уже посещённый остров возвращаешься особенно редко.
И вот пару недель назад мы выдвинулись с Серёгой и с Леной, а ветер возьми и умри. Можно было либо болтаться на месте, либо признаться себе, что парусное мореплавание временно отменяется. Посовещавшись, мы единогласно решили смотать стаксель, включить двигатель и отправиться на исследование какого-нибудь острова.
Я заранее подозревал, что этим всё закончится, и составил себе мысленный списочек потенциальных островов, но вдруг Серёга стал настаивать на Внешнем Брюстере. Оказалось, что когда мы там побывали четыре года назад, этот остров со своими скалами и подземельями очень запал Серёге в душу, и он очень хотел снова туда вернуться, ну и Лене его показать.
Я люблю все острова, на которых мы были (и те, на которых не были, тоже очень люблю, хотя и платонически), поэтому возражать совершенно не стал, и мы взяли курс на Внешний Брюстер.
Шли по тому же маршруту, как и в прошлый раз (в том рассказе и карта есть) — по Южному фарватеру и потом по фарватеру Гипокрита. Сначала я думал встать на якоре у Среднего Брюстера — там есть маленький кусочек дна, для этого подходящий — но когда мы уже бросили якорь, вдруг проявился какой-то ветер, и стал разворачивать нас некомфортно близко к скалам на берегу. У этих внешних островов вообще всегда головоломка, где вставать на якорь: то слишком глубоко, то скалы.
В общем, пришлось поднять якорь, обойти Внешний Брюстер и приткнуться с его северной стороны — ровно там же, где мы вставали в прошлый раз, в 18–20 футах воды на отливе. Не помню, как с этим была ситуация четыре года назад, а в этот раз мы обратили внимание на огромное количество поплавков, отмечающих ловушки для омаров. В эти ловушки мы уже попадались дважды: один раз прошлой осенью, а другой раз совсем недавно в Марблхеде. Так что мы проявили несвойственную нам осторожность и бдительность, стали на якорь и ни в какие ловушки не попали.
Когда мы сюда ходили в прошлый раз, я присмотрел по Google Maps каменистый пляж для высадки, недалеко от якорный стоянки. Тогда был прилив, и пляж оказался под водой. Высадка не состоялась; пришлось нам обходить на вёслах остров и высаживаться с другой стороны.
На этот раз был отлив, и нам удалось этим пляжем воспользоваться, чтобы далеко не ходить на вёслах. Мы вытащили тузик на камни, привязали его к какой-то торчащей из камней железяки и отправились исследовать остров.
Как я уже писал, у Внешнего Брюстера — суровый характер: это самый внешний из островов Бостонской бухты, за ним — Атлантический океан, следующая часть суши — Азорские острова в трёх с половиной тысячах километров. Вот и стоит Внешний Брюстер на страже, прикрывает собой и бухту, и город.
Кстати говоря, самые заметные следы человеческого присутствия на острове тоже из этой серии: во время Второй мировой войны там была построена «Батарея „Джуэл“» — огневые позиции для защиты города от вторжения из Европы по морю и по воздуху. Вторжения не произошло, батарея не произвела ни одного выстрела, но родной город мог спать спокойно.
После войны город защищать уже больше было не нужно (по крайней мере, не артиллерией), батарея была заброшена и так до сих пор находится в заброшенном состоянии — со временем всё более и более заброшенном.
Высадившись на маленьком отрезке берега, мы обнаружили, что никаких тропинок с него не было, и даже выбраться оттуда было не очень просто: рядом стояло заброшенное бетонное здание, пришлось обходить его, карабкаясь по камням по кромке воды.
С той стороны от здания нам открылся вид на крутой, полностью заросший склон. Продираться сквозь заросли мы не стали (хотя Серёга и порывался), и вместо этого продолжили карабкаться по камням вдоль берега. На склоне валялись остатки труб — надо думать водопровода и канализации батареи «Джуэл». А на западном берегу острова открылись прекрасные виды на бухту и на далёкий Бостон.
Там, наконец, мы нашли едва различимую тропинку наверх, проходящую мимо ярких жёлтых цветов, и по этой едва различимой тропинке дошли до длинного бетонного здания, про которое мы все дружно решили, что это казармы. Серёга залез на крышу любоваться видами, а мы с Леной решили поберечь руки-ноги: я помнил, что в прошлый наш визит у другой казармы мы нашли любезно кем-то оставленную стремянку, и по ней легко и просто залезли на крышу без риска для конечностей. (Забегая вперёд, скажу, что на этот раз стремянки нигде не было, так что позже мы сюда вернулись и залезли на крышу уже все втроём. Конечности не пострадали.)
Наша «Камилла» на якоре на фоне Бостонского маяка
После казармы мы с прискорбием обнаружили, что тропинка кончилась. Нас окружали непроходимые заросли кустарника.
С другой стороны, возвращаться обратно было невозможно: Серёга обязательно должен был показать нам подземелья, которые произвели на него такое впечатление в прошлый раз. Пришлось продираться прямо через непроходимые заросли, которые представляли собой смесь оленерогого сумаха и ужасно приставучих колючек в пропорции примерно один к одному. Из всей троицы я один был в шортах — день выдался неожиданно тёплым — и вышел из этого испытания весь в кровавых царапинах, но и остальные тоже пострадали.
Мы единогласно решили в следующий раз захватить с собой мачете, но всё-такивышли из этого испытания очищенными страдали мы не напрасно: нам удалось пробиться на другой берег острова, туда, где мы высадились в прошлый раз.
Там мы отыскали знакомую по прошлому разу тропинку. Она вела к огневым позициям и подземному бункеру между ними, где находилась система управления огнём — те самые серёгины подземелья. Изучив их, мы прошли к двум другим казармам, не обнаружили стремянки, зато обнаружили тупик в тропинке, и снова продрались через джунгли — обратно, к первой казарме.
Там, как вы уже знаете (не умею я держать читателей в напряжении!), мы вскарабкались на крышу и наблюли ещё более прекрасные виды, чем те, которые видели раньше с земли. Вся бухта раскрылась перед нами, как на ладони: все острова, лодки, оба главных маяка (Бостонский и Грейвз), громадные белые яйца завода по переработке нечистот на Оленьем острове, ну и, конечно, далёкие, покрытые дымкой бостонские небоскрёбы.
Налюбовавшись, мы отправились обратно. За всё время на острове не было ни души: я каждый раз испытываю сильные чувства от такого одиночества на (номинальной) территории города Бостона. Правда, когда мы уже двигались назад, рядом с нашей лодкой стала на якорь моторка, и двое мужчин с двумя мальчиками высадилась рядом с нашим тузиком. Мне было совсем не жалко: острова на всех хватит, а прекрасное чувство одиночества я уже испытал, и никто его у меня не отнимет.
Вернувшись на лодку, мы обнаружили в наличии ветер, подняли паруса (предварительно снявшись с якоря и отойдя подальше от ловушек для омаров) и направились обратно домой, но на этоти раз обошли бухту с другой стороны, мимо Бостонского маяка. Там, за маяком, ветер снова умер, но мы никуда не спешили и мотор включать не стали.
И правильно сделали! Минут через двадцать ветер снова вернулся, и мы продолжили путь крутым бейдевиндом. Ветер как-то хитро менялся вместе с нами, так что сколько мы ни поворачивали, всё время оставались на бейдевинде, но и галса ни разу не поменяли.
Вот, собственно, и всё. Посещение острова превратило разочаровывающий своей безветренностью день в захватывающее приключение, а тёплая солнечная погода и ветер на обратном пути только добавили удовольствия.
Mission accomplished!
Я всё-таки решил выяснить назначение всех заброшенных зданий батареи «Джуэл», в которых мы побывали. Нашёл вот такой военный план острова от 1945 года:
(Цифры на заштрихованных зданиях можно было с трудом разобрать, так что я продублировал их красным.)
Легенда:
1. Гараж
2. Насосная станция и завод по дистиллированию морской воды
3. Офицерские квартиры и казармы
4. Котельная и казармы
5. Склады и столовая
6. Резервуар [для хранения питьевой воды?]
7. Причал
8. Радар SCR-296
Большая ненумерованная конструкция справа с двумя завитушками — огневые позиции (завитушки) с бункером между ними.
На плане обозначены дороги (уж не знаю, асфальтированные или нет), но мы никаких следов от них не видели. Так что, наверное, неасфальтированные.
Чтобы понять, что есть что, я попробовал наложить этот план на спутниковую фотографию из Google Maps. Вот что получилось:
Причал, выходит, был за границами острова, и исчез бесследно. Здание, рядом с которым мы высадились — опреснительная станция (логично, своей пресной воды на острове нет). Казармы (три длинные здания, №3-5) мы вычислили достаточно точно, только не заметили, что все они немножко разные.
В следующий раз придём с этим планом и попробуем идентифицировать и остальные здания. А глядишь, принесём мачете и восстановим дороги.
Но вот как-то так получается, что даже и до островов-то не всегда руки не доходят — часто хочется просто походить под парусом, а если ветер хороший, то и рвануть куда-нибудь из бухты. А поскольку островов много, то на уже посещённый остров возвращаешься особенно редко.
И вот пару недель назад мы выдвинулись с Серёгой и с Леной, а ветер возьми и умри. Можно было либо болтаться на месте, либо признаться себе, что парусное мореплавание временно отменяется. Посовещавшись, мы единогласно решили смотать стаксель, включить двигатель и отправиться на исследование какого-нибудь острова.
Я заранее подозревал, что этим всё закончится, и составил себе мысленный списочек потенциальных островов, но вдруг Серёга стал настаивать на Внешнем Брюстере. Оказалось, что когда мы там побывали четыре года назад, этот остров со своими скалами и подземельями очень запал Серёге в душу, и он очень хотел снова туда вернуться, ну и Лене его показать.
Я люблю все острова, на которых мы были (и те, на которых не были, тоже очень люблю, хотя и платонически), поэтому возражать совершенно не стал, и мы взяли курс на Внешний Брюстер.
Шли по тому же маршруту, как и в прошлый раз (в том рассказе и карта есть) — по Южному фарватеру и потом по фарватеру Гипокрита. Сначала я думал встать на якоре у Среднего Брюстера — там есть маленький кусочек дна, для этого подходящий — но когда мы уже бросили якорь, вдруг проявился какой-то ветер, и стал разворачивать нас некомфортно близко к скалам на берегу. У этих внешних островов вообще всегда головоломка, где вставать на якорь: то слишком глубоко, то скалы.
В общем, пришлось поднять якорь, обойти Внешний Брюстер и приткнуться с его северной стороны — ровно там же, где мы вставали в прошлый раз, в 18–20 футах воды на отливе. Не помню, как с этим была ситуация четыре года назад, а в этот раз мы обратили внимание на огромное количество поплавков, отмечающих ловушки для омаров. В эти ловушки мы уже попадались дважды: один раз прошлой осенью, а другой раз совсем недавно в Марблхеде. Так что мы проявили несвойственную нам осторожность и бдительность, стали на якорь и ни в какие ловушки не попали.
Когда мы сюда ходили в прошлый раз, я присмотрел по Google Maps каменистый пляж для высадки, недалеко от якорный стоянки. Тогда был прилив, и пляж оказался под водой. Высадка не состоялась; пришлось нам обходить на вёслах остров и высаживаться с другой стороны.
На этот раз был отлив, и нам удалось этим пляжем воспользоваться, чтобы далеко не ходить на вёслах. Мы вытащили тузик на камни, привязали его к какой-то торчащей из камней железяки и отправились исследовать остров.
Как я уже писал, у Внешнего Брюстера — суровый характер: это самый внешний из островов Бостонской бухты, за ним — Атлантический океан, следующая часть суши — Азорские острова в трёх с половиной тысячах километров. Вот и стоит Внешний Брюстер на страже, прикрывает собой и бухту, и город.
Кстати говоря, самые заметные следы человеческого присутствия на острове тоже из этой серии: во время Второй мировой войны там была построена «Батарея „Джуэл“» — огневые позиции для защиты города от вторжения из Европы по морю и по воздуху. Вторжения не произошло, батарея не произвела ни одного выстрела, но родной город мог спать спокойно.
После войны город защищать уже больше было не нужно (по крайней мере, не артиллерией), батарея была заброшена и так до сих пор находится в заброшенном состоянии — со временем всё более и более заброшенном.
Высадившись на маленьком отрезке берега, мы обнаружили, что никаких тропинок с него не было, и даже выбраться оттуда было не очень просто: рядом стояло заброшенное бетонное здание, пришлось обходить его, карабкаясь по камням по кромке воды.
С той стороны от здания нам открылся вид на крутой, полностью заросший склон. Продираться сквозь заросли мы не стали (хотя Серёга и порывался), и вместо этого продолжили карабкаться по камням вдоль берега. На склоне валялись остатки труб — надо думать водопровода и канализации батареи «Джуэл». А на западном берегу острова открылись прекрасные виды на бухту и на далёкий Бостон.
Там, наконец, мы нашли едва различимую тропинку наверх, проходящую мимо ярких жёлтых цветов, и по этой едва различимой тропинке дошли до длинного бетонного здания, про которое мы все дружно решили, что это казармы. Серёга залез на крышу любоваться видами, а мы с Леной решили поберечь руки-ноги: я помнил, что в прошлый наш визит у другой казармы мы нашли любезно кем-то оставленную стремянку, и по ней легко и просто залезли на крышу без риска для конечностей. (Забегая вперёд, скажу, что на этот раз стремянки нигде не было, так что позже мы сюда вернулись и залезли на крышу уже все втроём. Конечности не пострадали.)
Наша «Камилла» на якоре на фоне Бостонского маяка
После казармы мы с прискорбием обнаружили, что тропинка кончилась. Нас окружали непроходимые заросли кустарника.
С другой стороны, возвращаться обратно было невозможно: Серёга обязательно должен был показать нам подземелья, которые произвели на него такое впечатление в прошлый раз. Пришлось продираться прямо через непроходимые заросли, которые представляли собой смесь оленерогого сумаха и ужасно приставучих колючек в пропорции примерно один к одному. Из всей троицы я один был в шортах — день выдался неожиданно тёплым — и вышел из этого испытания весь в кровавых царапинах, но и остальные тоже пострадали.
Мы единогласно решили в следующий раз захватить с собой мачете, но всё-таки
Там мы отыскали знакомую по прошлому разу тропинку. Она вела к огневым позициям и подземному бункеру между ними, где находилась система управления огнём — те самые серёгины подземелья. Изучив их, мы прошли к двум другим казармам, не обнаружили стремянки, зато обнаружили тупик в тропинке, и снова продрались через джунгли — обратно, к первой казарме.
Там, как вы уже знаете (не умею я держать читателей в напряжении!), мы вскарабкались на крышу и наблюли ещё более прекрасные виды, чем те, которые видели раньше с земли. Вся бухта раскрылась перед нами, как на ладони: все острова, лодки, оба главных маяка (Бостонский и Грейвз), громадные белые яйца завода по переработке нечистот на Оленьем острове, ну и, конечно, далёкие, покрытые дымкой бостонские небоскрёбы.
Налюбовавшись, мы отправились обратно. За всё время на острове не было ни души: я каждый раз испытываю сильные чувства от такого одиночества на (номинальной) территории города Бостона. Правда, когда мы уже двигались назад, рядом с нашей лодкой стала на якорь моторка, и двое мужчин с двумя мальчиками высадилась рядом с нашим тузиком. Мне было совсем не жалко: острова на всех хватит, а прекрасное чувство одиночества я уже испытал, и никто его у меня не отнимет.
Вернувшись на лодку, мы обнаружили в наличии ветер, подняли паруса (предварительно снявшись с якоря и отойдя подальше от ловушек для омаров) и направились обратно домой, но на этоти раз обошли бухту с другой стороны, мимо Бостонского маяка. Там, за маяком, ветер снова умер, но мы никуда не спешили и мотор включать не стали.
И правильно сделали! Минут через двадцать ветер снова вернулся, и мы продолжили путь крутым бейдевиндом. Ветер как-то хитро менялся вместе с нами, так что сколько мы ни поворачивали, всё время оставались на бейдевинде, но и галса ни разу не поменяли.
Вот, собственно, и всё. Посещение острова превратило разочаровывающий своей безветренностью день в захватывающее приключение, а тёплая солнечная погода и ветер на обратном пути только добавили удовольствия.
Mission accomplished!
* * *
Я всё-таки решил выяснить назначение всех заброшенных зданий батареи «Джуэл», в которых мы побывали. Нашёл вот такой военный план острова от 1945 года:
(Цифры на заштрихованных зданиях можно было с трудом разобрать, так что я продублировал их красным.)
Легенда:
1. Гараж
2. Насосная станция и завод по дистиллированию морской воды
3. Офицерские квартиры и казармы
4. Котельная и казармы
5. Склады и столовая
6. Резервуар [для хранения питьевой воды?]
7. Причал
8. Радар SCR-296
Большая ненумерованная конструкция справа с двумя завитушками — огневые позиции (завитушки) с бункером между ними.
На плане обозначены дороги (уж не знаю, асфальтированные или нет), но мы никаких следов от них не видели. Так что, наверное, неасфальтированные.
Чтобы понять, что есть что, я попробовал наложить этот план на спутниковую фотографию из Google Maps. Вот что получилось:
Причал, выходит, был за границами острова, и исчез бесследно. Здание, рядом с которым мы высадились — опреснительная станция (логично, своей пресной воды на острове нет). Казармы (три длинные здания, №3-5) мы вычислили достаточно точно, только не заметили, что все они немножко разные.
В следующий раз придём с этим планом и попробуем идентифицировать и остальные здания. А глядишь, принесём мачете и восстановим дороги.
